18 февраля 2007 Таллиннская Русская Община праздновала свой 50-летний юбилей. По правде говоря, отмечается юбилей не только в одной общине, т.к. на протяжении 50-лет русская Методистская работа распространилась по всей Эстонии и сейчас действует 8 общин. Первый толчок к русской работе дал пастор Александер Куум. По возвращению из Сибири, этот человек не чувствовал горечи по отношению к русским, потому что они сами были жертвами тоталитарного режима. В 1957 году вдохновлённый Духом Святым, он начал русское богослужение в Таллинне. Позволим рассказать об этом нашим ветеранам в русской работе Георгию и Екатерине Ланберг.

Началом официальной русской работы в Эстонской Методистской церкви следует считать февраль 1957 года. Так уж получи­ лось, что в силу обстоятельств, мы с женой оказались в самой непосредственной близости с началом этой работы. После окончания горного техникума, как молодые специалисты, мы должны были отработать положенный срок на шахтах Эстонии и вернулись в Таллинн в 1954 году. Раннее, мы принадлежали к раз­ ным общинам. Катя была членом русской баптистской, а я – эстонской общины евангельс­ ких христиан «Эммануил», которую Советские чиновники в числе других эстонских общин, поместили под одну крышу «Олевисте», для упрощения наблюдения за их деятельностью. Однако, методисты, в лице своего пастора, брата Александера Куума, сумели отстоять свою церковь, членами которой стали и мы с женой в 1955 году. Нас пригласили петь в эстонский хор, затем начались выступления на русском языке в торжественные дни, где мы исполняли дуэты и свидетельствовали. Эстонские собрания стали посещать русские и украинцы, которые были вынуждены поки­- нуть свою родину из-за голода и гонений на христиан на Украине и в России. Приходили на служения так же и из местной русской об­ щины баптистов и пятидесятников. Малень­- кий зал на Мере пст. 3, где методисты арен­- довали помещение, наполнялся русскоязыч­ ными людьми настолько, что появилась необходимость в постоянном переводе. Эту работу временно выполняла Тамара Алексеева, а после неё, долгие 35 лет Лидия Галузинская. Как правило, после каждого собрания при­ ходилось общаться с прихожанами и отвечать на разные вопросы и особенно, касающиеся методизма. Для многих русских и украинцев это движение было неизвестным.

В конце 1955 года, группа энтузиастов русской работы, куда кроме нас с женой, вхо­- дили Марет Пуу, Ральф Уусмяэ и Оскар Корнель, обратилось к руководству общины с вопросом об открытии русского служения. В посте и молитве, мы ожидали ответа от Господа. 1 Петра 5:7 «Все заботы возложите на Него, ибо Он печётся о вас». Наконец, братским советом была предоставлена единст- венная возможность с 8:00 утра по воскресе­ ниям. Мы приняли это, как из рук Господа.

Итак, в феврале 1957 года, начались пер­ вые пробные русские собрания. Руководили пасторы Хуго Оэнго и Александер Куум. Каждый более менее способный служил своим даром. Учились на кафедре служить словом. У Кати всегда был запас декламаций и короткая проповедь. Пастор говорил пос­ ледним и заканчивал служение. Постепенно привыкал к кафедре и я. Мы с Катей продол­ жали петь в эстонском хоре. Я посещал братс­ кие собрания, и на мне лежала ответствен­ ность за порядок и подготовку к собранию, проповеди, пение и т.д. Вскоре у нас был уже ансамбль. Конечно, мы мечтали о русском хоре. Задача была не из лёгких. Но у нас были люди, которые умеют не только мечтать. Брат Пауль Корнель, который руководил эстонс­ ким хором, согласился руководить нашим. Значит, начало есть, но нет певцов. Пошли на крайность. Предложили петь в хоре всем, кто хочет. Никто из них никогда в хоре не пел, а петь ой как хотелось!

В 1969 году мною был организован струн­ ный оркестр и тогда начались выезды и посещения других эстонских общин. Приём всегда был радушный. Пели, проповедовали, свидетельствовали, мне приходилось ещё и переводить. На протяжении всего оккупа­ционного периода, верующие эстонцы и русские жили в братской любви. За выезды в другие общины, как правило, грозили штрафы и неприятные собеседования с правлением церкви. Что касается проведения наших служений, то на каждом собрании присутствовал как минимум один «сотрудник» КГБ. Очень часто нас жаловал заведующий кафедрой атеизма ТПИ, товарищ Эллер, посылая во время собрания записочки с различными замечаниями. Особенно он за­- ботился о том, чтобы не было детских выступлений, но поскольку этот «грех» у нас постоянно повторялся, то эти записочки содержали неудовольствия последнего. Время от времени, КГБ «промывало мозги». Это продолжалось годами, но поскольку я работал на производстве, и от церкви зарплату не получал, то для «общества» я не был лишним. Всё заканчивалось предупреждениями.

Десятилетний период служений по воск­ ресеньям, с 8:00, в любые погодные условия: в стужу и дождь, в пургу и метель, наскоро подняв троих сонных детей, бегом на собрание закалило нас всех. Никто не жаловался на недосыпание. На утренних русских богослужениях всегда присутствовало довольно много верующих из баптистов и пятидесятников.

Наконец, после десятилетнего испытания брат Куум объявил, что «испытание» закон­ чено. Новое время наших собраний было по воскресениям в 12:30 и по вторникам в 19:00. Этим самым открылась возможность для более благоприятных условий русской работы в церкви, которая заметно росла.

В конце 1980-го года, началась повальная эмиграция христиан за границу. Наша церковь была вынуждена благословить на выезд более 50-ти семей, приблизительно 200 человек. В основном это были молодые люди, певцы и музыканты. Для общины это было ощутимо, но работа шла дальше и скоро количество уехавших возобновилась новыми членами.

Русская Методистская церковь – еван­ гелизирующая церковь. Она первая проникла в места заключения с осени 1989 года и три года проводила активную работу среди заключённых разных зон, в том числе и женской.

Но основная работа была в Румму в третьей зоне, где мы добились разрешения тюремного департамента о строительстве своими сила- ми помещения для проведения молитвенных собраний. Это была первая тюремная церковь в Эстонии.

Русский хор принимал участие в таких грандиозных евангелизационных мероприя- тиях как «Возрождение 92» с участием Билли Грема в Москве в Лужниках и «Возрождении 95» в Таллинне.

В 1993 году наша молодёжь помогла организовать и вести евангелизационное слу­ жение на русском языке с участием Ники Круза, в Таллиннском горхолле.

Таллиннская русская община содействовала в создании новых общин в Йыхви, в Кейла, Палдиски и Кохила. В дальнейшем инициати- вой Йыхвиской общины организованы об- щины Кохтла-Ярве, Кунда, Азери, Силламяэ.

В 1970 году, в посёлке Камяница, Закарпатье (Украина), был открыт филиал ТМЦ, ру­ ководил Вукста Иван. В настоящее время там уже 2 общины, одна из них в Ужгороде, другая в Камянице. В 1992 году филиалом нашей церкви была зарегистрирована община в Самаре (Россия). Лидер этой общины Владислав Спекторов уверовал в своё время на одном из наших собраний в Таллинне. Эта община стала первой Русской Методистс­- кой общиной в России.

Таким образом, методизм возвратился опять в Россию, откуда он ещё в царское время проник через брата Василия Тяхт в Эстонию на остров Сааремаа.

С Божьей помощью мы преодолели все трудности, которых не было мало. Подобно Самуилу поставить памятный камень и назвать его «Авен-Езер» (камень помощи) и воскликнуть: «До сего места помог нам Господь!» 1 Царства 7:12